Семейный

помощник

Сайт создан в рамках реализации комплексной программы Тамбовской области "Защитим детей от насилия!" на 2015-2017

Подростковый возраст как нарушение развития. Из книги А.Фрейд “Детский психоанализ”.

Вернемся к проблемам подросткового возраста, которые, на наш взгляд, являются прототипом нарушений развития.

Если в детских заболеваниях мы обычно сталкиваемся с изменениями в той или иной области личности ребенка, у подростков мы имеем дело с изменениями личности в целом. Физиологическая основа этого — изменения физического размера, роста и внешнего вида. Они предполагают также эндокринные изменения, которые должны полностью трансформировать сексуальную сферу. Эти изменения наблюдаются в агрессивных проявлениях, прогрессе интеллектуальных функций, переориентации по отношению к объектам любви и социальным связям. Коротко говоря, переворот в характере и личности в целом часто оказывается таким радикальным, что вчерашний ребенок це­ликом замещается новым зарождающимся образом подростка.

Мы отмечаем сексуально-агрессивные реакции, свойственные первым пяти годам жизни. … индивид становится, как на ранней стадии, более ненасытным, более жадным, более жестоким., более грубым, более навязчивым и любопытным, более хвастливым, более эгоцентричным, более невниматель­ным к другим, чем он был раньше.

Борьба с родителями проявляется в различных формах: открытое проявление безразличия к ним, то есть отрицание их значимости; пренебрежение ими, так как, считая их глупыми, бесполезными и ни па что не способными, подростку оказывается легче жить без них; что подтверждают открытая дерзость и бунт против убеждений и соглашений, которые они раньше разделяли. От того, что все это перемежается возвратами к беспомощности и зависимости, родителям не становится легче. Очевидно, что задача, стоящая перед ними, двояка: держаться в тени, быть невосприимчивыми и в то же время полностью измениться, как только по­надобится быть заботливыми, бдительными и полезными, как раньше.

Изменения в идеалах и социальных отношениях.

Возрастные изменения в социальных отношениях подростка являются прямым следствием его выхода из семьи. Он не только остается без своих старых привязанностей; вместе с привязанностью к родителям он перечеркивает идеалы, которые раньше разделял с ними, и ему необходимо найти замену этим идеалам.

Вот два пути, которые, как я предполагаю, ведут к разным образцам подростковой культуры. Некоторые подростки помещают на место родителей лидера, выбранного ими самостоятельно, но который является представителем старшего поколения. Этим человеком может быть университетский преподаватель, поэт, философ, политик, который наделяется богоподобными качествами и за которым следуют радостно и без оглядки. В наше время подобные решения относительно редки. Более часто осуществляется вторая возможность, когда группа ровесников в целом или ее представитель возводится в роль лидера и становится непререкаемым судьей в вопросах морали и эстетических ценностей.

Отличительным признаком новых идеалов, так же как и новых эмоционально значимых объектов, является их противоположность предыдущим.

… я добавлю несколько заключительных замечаний. Во-первых, мне представляется чрезвычайно неудачным, что период подросткового кризиса совпадает с возложением на индивида таких требований, как академические достижения в школе и университете, выбор профессии, увеличение социальной и финансовой ответственности в целом. Многих людей постигали неудачи, даже с трагическими развязками, не в связи с их неспособностью как таковой, а потому что требования предъявлялись в такое время жизни, когда вся энергия занята решением других важных проблем, созданных сексуальным ростом и развитием.

Во-вторых, я считаю, что преобладание сексуальных проблем у подростков не должно затемнять роли агрессии, которая, возможно, имеет большое значение. Интересно, что в странах, которые вовлечены в борьбу за (свое) существование — таких, как Израиль, ничего не сообщается о проблемах, связанных с подростками. Основное отличие заключается в следующем: агрессия поколения подростков не выплескивается на семью и сообщество, а направляется против внешнего врага и проявляется в виде социально одобряемой воинственной активности.

Подростковые нарушения нравственного поведения ребенка

Переход от латентного состояния к отрочеству отмечен серией расстройств в детской жизни. Родители и учителя, привыкшие определять состояние ребенка по его поведению, считают эти эпизоды в развитии скорее регрессивными, нежели прогрессивными. Они тревожатся, когда результаты кропотливой воспитательной работы, с таким трудом достигнутые в предыдущие годы, один за другим подвергаются угрозе. Тогда как в латентном возрасте (от 5 до 11 -12 лет) ребенок начинает про­являть определенный и ясно обозначенный характер с индивидуальными чертами, вступая в подростковый период (примерно с 11-12 до 14 лет), он опять становится непредсказуемым. Если в течение латентного периода ребенок умерен, разумен и умеет вести себя за столом (лучше сказать — приличен), то под­росток жаден и требователен.

Ненасытность, проявляющаяся в этом возрасте, часто толкает подростка на воровство. Похожие изменения происходят почти во всех сферах детской жизни. Мальчики — подростки в особенности — отличаются неопрятностью в физиологических отправлениях и неряшливостью в одежде. Жестокость и асоциальное поведение становятся обычным явлением, так же как и совместная мастурбация, совращение младших детей и сексуальная уступчивость. В отношениях со старшими товарищами этот список дополняют деструктивные действия, воровство, грабежи, совершаемые в одиночку или в компании. В семье подросток создает дисгармонию своим эгоизмом и невнимательностью к окружающим; в школе он часто попадает в затруднительные ситуации из-за недостатка интереса к школьным предметам, неспособности сосредоточиться, безответственности и нарушения субординация. Короче говоря, весь многообещающий процесс адаптации к окружающему миру кажется при­остановленным, и родители и учителя снова сталкиваются с не­ограниченным влиянием инстинктивных сил на ребенка.

… согласно психоаналитической концепции это моральное падение .. есть неизбежное явление, обусловленное процессами развития личности.

Итак, подросток испытывает глубокую внутреннюю дисгармонию. Это состояние души не только болезненно и нежелательно само по себе, но также предвещает возможность на­рушения гармоничного хода развития при прохождении юношеского периода. Последнее происходит через установление отношений, которые могут сформировать тенденцию к асоциальному поведению, гомосексуальную ориентацию и прочее.

Беспомощность педагогического руководства

Нет другого такого этапа в жизни, когда бы растущий ребенок так нуждался в помощи и руководстве, как в этот промежуточный период с его почти захлестывающими внешними и внутренними страстями.

И в то же время нет другого такого момента, когда бы родители и учителя оказывались в той же степени бессильными помочь подростку. Методы воспитания, которые были достаточно эффективными по отношению к ребенку младшего возраста, теряют к этому времени свою действенность. Подростка мало трогают похвала и критика, награды или наказания. Он больше не зависит от взрослых в удовлетворении своих жизненных потребностей, его мнение о себе не зависит более ни от учителей, ни от родителей. Его самооценка, понимание или неприятие со стороны сверстников более важны для него, чем одобрение или недовольство, выказываемые взрослыми.

Как известно, родительская власть над ребенком основана на детской эмоциональной привязанности к ним и варьирует в зависимости от нее. В отрочестве ребенок начинает терять эту ориентацию. Но, с другой стороны, он еще не создал новые связи, которые будут характеризовать в дальнейшем и гармонизировать юношеский период: привязанность к героям и лидерам по собственному выбору, близким по духу друзьям, приверженность абстрактным идеалам и т. д. В отрочестве ребенок может быть слабовольным, испытывать колебания в своих предпочтениях. Он одинок и сосредоточен на себе. И именно это … делает подростка менее доступным для помощи и влияний извне.

Характерно, что яркие сновидения этого периода часто содержат интимные сексуальные сцены с участием родителей, едва завуалированные или измененные сном. По контрасту с этим в реальной жизни ребенка доминирует противоположная тенденция: он избегает родите­лей, уходит из их компании, не доверяет их мнению, нивели­рует их достижения и интересы, восстает против их власти, чувствует отвращение к их внешнему виду и особенностям телосложения — короче, всем своим поведением он демонстрирует страстное желание вырваться из эмоциональной зависи­мости, которая проявляет себя в виде инфантильных фантазий. Эти страхи рассеиваются значительно позже, когда молодому человеку удастся перенести свои уже вполне зрелые генитальные стремления на объекты вне семьи. Отношения в семье восстановятся, и родителям, возможно, даже удастся частично вернуть былые права и снова стать значимыми фигурами в жизни юноши.

Родители заблуждаются, когда полагают себя естественными помощниками и советчиками растущего ребенка. Их фигуры находятся в эпицентре детского конфликта, символизируя саму опасность, от которой детское эго пытается защитить себя. Любой, даже вполне обоснованный подход со стороны родителей однозначно вызывает у ребенка инстинктивное ощущение увеличения опасности и, следовательно, беспокойство и негативную реакцию ребенка. Любой посторонний человек имеет больше шансов оказать помощь, если только не произойдет быстрый перенос аффекта на его персону и отношения с ним не станут такими же внушающими опасность, как и отношения с родителями.

Детское поведение по отношению к родителям есть не что иное, как реакция на глубокую и страстную привязанность к ним, что, впрочем, служит им слабым утешением, не избавляет от чувства беспомощности и не восстанавливает мир в потревоженной семье.

Другие мотивы для отдаления от родителей, семейный роман

Открытое противостояние родителям и враждебные реакции на их попытку сблизиться — не единственные факторы, влияющие на детско-родительские отношения в этот период. Хотя они могут доминировать во внешних проявлениях, одновременно протекают другие, более утонченные процессы. На протяжении всего латентного периода рост критической функции детского интеллекта сопровождается попытками по-новому, более реалистически оценить родителей, основываясь не на детской эмоциональной привязанности к ним, а опира­ясь на более объективное сравнение их персон с другими взрослыми.

Увиденные в новом свете родители так отличаются от образов, созревавших в детском воображении в ранние годы, что сознанием ребенка постепенно овладевает некое подобие сна наяву, сна о существовании двух пар родителей: одна богата, благородна, всесильна и напоминает фигуры короля и королевы из волшебной сказки (это родители прошлого), а вторая — скромна, ординарна, подчинена всем обыденным затруднениям, депривациям и ограничениям (родители глазами ребенка сейчас). Детская фантазия утверждает, что ребенок на самом деле благородного происхождения, оставленный высокородными родителями по каким-то веским причинам и отданный на попечение простым людям. Позднее он будет освобожден и восстановлен в правах и привилегиях.

Этот так называемый семейный роман … отражает прогрессивный процесс «перерастания родителей». Однако ребенок испытывает противоположное стремление к безопасным отношениям раннего детства, когда родители представлялись ему всесильными, всеведущими, совершенными существами и были мерилом всех вещей.

Семейный роман предвещает более сложное явление, сопряженное с безжалостным крахом иллюзий относительно родителей, и это разочарование весьма характерно для подросткового периода. Подросток не только видит социальное положение и профессиональные достижения своего отца в реальном свете, что уменьшает ранее преувеличенную фигуру до обычных человеческих размеров. Он также мстит отцу за свое разочарование и потерю иллюзий, вызванные трансформацией, и его избыточно критическое отношение, презрительные болезненные замечания, да и вся манера поведения, несут на себе ‘отпечаток глубины этого разочарования.

Перерастание инфантильной зависимости от родителей и их переоценки неотделимо от нормального развития эго и суперэго и в этом смысле является чисто прогрессивным этапом. Однако процесс носит болезненный характер, углубляя горечь разочарования внесением некоторых вполне реалистических элементов в фантазийную критичность и обвинения, выдвигаемые ребенком против своих родителей …. Легко понять, почему родители, дважды обесцененные, теперь уже практически не обладают или не имеют вообще ни­какой власти, которую можно было бы употребить на благо ребенка.

Заключение

Родители и учителя будут подходить к конфликтам подросткового возраста иначе, когда они проникнут в сущность его бессознательных детерминант. Ребенок непроизволен в падении своих моральных качеств, в низкой школьной успеваемости и трудностях адаптации к жизни в семье и в окружении. Он страдает от реактивации своих подавленных инстинктивных импульсов в гораздо большей степени, чем окружение. Если он в чем-то и нуждается в этот полный конфликтов период, так это в помощи и понимании его внутреннего мира и, конечно уж, никак не в одергивании, ограничениях и наказаниях, которые только увеличивают его изолированность и горечь. По причинам, приведенным выше, такая помощь должна исходить от специально подготовленных педагогов, а не от родителей, чьи фигуры являются ядром конфликта.

 

 

Телефон доверияУполномоченный по правам ребенка
в Тамбовской области 

(4752) 72-65-44
Отдел охраны прав детства управления образования и науки области 

(4752) 79-23-30 

Отдел демографической и семейной политики управления социальной защиты и семейной политики области

(4752) 79-16-52

 

Нужен ли детям телефон доверия?