Семейный

помощник

Сайт создан в рамках реализации комплексной программы Тамбовской области "Защитим детей от насилия!" на 2015-2017

Возможно, http://pikabu.ru, несерьезный сайт. И делиться статьями с него тоже несерьезно. Но многое из рассказа показалось мне близким и важным. Может быть, он затронет и Вас. И мы вместе посмотрим вокруг и сделаем все, чтобы дети стали немного счастливее. Иногда для этого нужно совсем немного. С уважением, Ольга Борисова.

Итак, рассказ.

"Дальний Восток. Каждая осень неземной красоты. Золотая тайга с густо-зелеными пятнами кедров и елей, черный дикий виноград, огненные кисти лимонника, упоительные запахи осеннего леса и грибы. Грибы растут полянами, как капуста на грядке, выбегаешь на полчаса за забор воинской части, возвращаешься с корзиной грибов. В Подмосковье природа женственна, а тут — воплощенная брутальность. Разница огромна и необъяснима.

На Дальнем кусается все, что летает. Самые мелкие тварешки забираются под браслет часов и кусают так, что место укуса опухает на несколько дней. «Божья коровка, полети на небко», — не дальневосточная история. В конце августа уютные, пятнистые коровки собираются стаями как комары, атакуют квартиры, садятся на людей и тоже кусают. Эту гадость нельзя ни прихлопнуть, ни стряхнуть, коровка выпустит вонючую желтую жидкость, которая не отстирывается ничем. Божьих коровок я разлюбила в восемьдесят восьмом.

Вся кусачесть впадает в спячку в конце сентября, и до второй недели октября наступает рай на земле. Безоблачная в прямом и переносном смысле жизнь. На Дальнем Востоке всегда солнце — ливни и метели эпизодами, московской многодневной хмари не бывает никогда. Постоянное солнце и три недели сентябрьско-октябрьского рая безвозвратно и накрепко привязывают к Дальнему.

В начале октября на озерах мы празднуем День учителя. Я еду туда впервые. Тонкие перешейки песка между прозрачными озерами, молодые березы, чистое небо, черные шпалы и рельсы брошенной узкоколейки. Золото, синева, металл. Тишина, безветрие, теплое солнце, покой.

— Что здесь раньше было? Откуда узкоколейка?

— Это старые песчаные карьеры. Здесь были лагеря, — золото, синева и металл тут же меняются в настроении. Я хожу по песчаным перешейкам между отражений берез и ясного неба в чистой воде. Лагеря посреди березовых рощ. Умиротворяющие пейзажи из окон тюремных бараков. Заключенные выходили из лагерей и оставались в том же поселке, где жили их охранники. Потомки тех и других живут на одних улицах. Их внуки учатся в одной школе. Теперь я понимаю причину непримиримой вражды между некоторыми семьями местных.

В том же октябре меня уговорили на год взять классное руководство в восьмом классе. Двадцать пять лет назад дети учились десять лет. После восьмого из школ уходили те, кого не имело смысла учить дальше. Этот класс состоял из них почти целиком. Две трети учеников в лучшем случае попадут в ПТУ. В худшем — сразу на грязную работу и в вечерние школы. Мой класс сложный, дети неуправляемы, в сентябре от них отказался очередной классный руководитель. Директриса говорит, что, может быть, у меня получится с ними договориться. Всего один год. Если за год я их не брошу, в следующем сентябре мне дадут первый класс.

Мне двадцать три. Старшему из моих учеников, Ивану, шестнадцать. Два года в шестом классе, в перспективе — второй год в восьмом. Когда я первый раз вхожу в их класс, он встречает меня взглядом исподлобья. Дальний угол класса, задняя парта, широкоплечий большеголовый парень в грязной одежде со сбитыми руками и ледяными глазами. Я его боюсь.

Я боюсь их всех. Они опасаются Ивана. В прошлом году он в кровь избил одноклассника, выматерившего его мать. Они грубы, хамоваты, озлоблены, их не интересуют уроки. Они сожрали четверых классных руководителей, плевать хотели на записи в дневниках и вызовы родителей в школу. У половины класса родители не просыхают от самогона. «Никогда не повышай голос на детей. Если будешь уверена в том, что они тебе подчинятся, они обязательно подчинятся», — я держусь за слова старой учительницы и вхожу в класс как в клетку с тиграми, боясь сомневаться в том, что они подчинятся. Мои тигры грубят и пререкаются. Иван молча сидит на задней парте, опустив глаза в стол. Если ему что-то не нравится, тяжелый волчий взгляд останавливает неосторожного одноклассника.

Районо втемяшилось повысить воспитательную составляющую работы. Родители больше не отвечают за воспитание детей, это обязанность классного руководителя. Мы должны регулярно посещать семьи в воспитательных целях. У меня бездна поводов для визитов к их родителям — половину класса можно оставлять не на второй год, а на пожизненное обучение. Я иду проповедовать важность образования. В первой же семье натыкаюсь на недоумение. Зачем? В леспромхозе работяги получают больше, чем учителя. Я смотрю на пропитое лицо отца семейства, ободранные обои и не знаю, что сказать. Проповеди о высоком с хрустальным звоном рассыпаются в пыль. Действительно, зачем? Они живут так, как привыкли жить. Им не нужно другой жизни.

Дома моих учеников раскиданы на двенадцать километров. Общественного транспорта нет. Я таскаюсь по семьям. Визитам никто не рад — учитель в доме к жалобам и порке. Для того, чтобы рассказать о хорошем, по домам не ходят. Я хожу в один дом за другим. Прогнивший пол. Пьяный отец. Пьяная мать. Сыну стыдно, что мать пьяна. Грязные затхлые комнаты. Немытая посуда. Моим ученикам неловко, они хотели бы, чтобы я не видела их жизни. Я тоже хотела бы их не видеть. Меня накрывает тоска и безысходность. Через пятьдесят лет правнуки бывших заключенных и их охранников забудут причину генетической ненависти, но будут все так же подпирать падающие заборы слегами и жить в грязных, убогих домах. Никому отсюда не вырваться, даже если захотят. И они не хотят. Круг замкнулся.

Иван смотрит на меня исподлобья. Вокруг него на кровати среди грязных одеял и подушек сидят братья и сестры. Постельного белья нет и, судя по одеялам, никогда не было. Дети держатся в стороне от родителей и жмутся к Ивану. Шестеро. Иван старший. Я не могу сказать его родителям ничего хорошего — у него сплошные двойки, ему никогда не нагнать школьную программу. Вызывать его к доске без толку — он выйдет и будет мучительно молчать, глядя на носки старых ботинок. Англичанка его ненавидит. Зачем что-то говорить? Не имеет смысла. Как только я расскажу, как у Ивана все плохо, начнется мордобой. Отец пьян и агрессивен. Я говорю, что Иван молодец и очень старается. Все равно ничего не изменить, пусть хотя бы этого шестнадцатилетнего угрюмого викинга со светлыми кудрями не будут бить при мне. Мать вспыхивает радостью:

«Он же добрый у меня. Никто не верит, а он добрый. Он знаете, как за братьями-сестрами смотрит! Он и по хозяйству, и в тайгу сходить… Все говорят — учится плохо, а когда ему учиться-то? Вы садитесь, садитесь, я вам чаю налью», — она смахивает темной тряпкой крошки с табурета и кидается ставить грязный чайник на огонь.

Этот озлобленный молчаливый переросток может быть добрым? Я ссылаюсь на то, что вечереет, прощаюсь и выхожу на улицу. До моего дома двенадцать километров. Начало зимы. Темнеет рано, нужно дойти до темна.

— Светлана Юрьевна, Светлана Юрьевна, подождите! — Ванька бежит за мной по улице. — Как же вы одна-то? Темнеет же! Далеко же! — Матерь божья, заговорил. Я не помню, когда последний раз слышала его голос.

— Вань, иди домой, попутку поймаю.

— А если не поймаете? Обидит кто? — «Обидит» и Дальний Восток вещи несовместимые. Здесь все всем помогают. Убить в бытовой ссоре могут. Обидеть подобранного зимой попутчика — нет. Довезут в сохранности, даже если не по пути. Ванька идет рядом со мной километров шесть, пока не случается попутка. Мы говорим всю дорогу. Без него было бы страшно — снег вдоль дороги размечен звериными следами. С ним мне страшно не меньше — перед глазами стоят мутные глаза его отца. Ледяные глаза Ивана не стали теплее. Я говорю, потому что при звуках собственного голоса мне не так страшно идти рядом с ним по сумеркам в тайге.

Наутро на уроке географии кто-то огрызается на мое замечание.

«Язык придержи, — негромкий спокойный голос с задней парты. Мы все, замолчав от неожиданности, поворачиваемся в сторону Ивана. Он обводит холодным, угрюмым взглядом всех и говорит в сторону, глядя мне в глаза. — Язык придержи, я сказал, с учителем разговариваешь. Кто не понял, во дворе объясню».

У меня больше нет проблем с дисциплиной. Молчаливый Иван — непререкаемый авторитет в классе. После конфликтов и двусторонних мытарств мы с моими учениками как-то неожиданно умудрились выстроить отношения. Главное быть честной и относиться к ним с уважением. Мне легче, чем другим учителям: я веду у них географию. С одной стороны, предмет никому не нужен, знание географии не проверяет районо, с другой стороны, нет запущенности знаний. Они могут не знать, где находится Китай, но это не мешает им узнавать новое. И я больше не вызываю Ивана к доске. Он делает задания письменно. Я старательно не вижу, как ему передают записки с ответами.

Два раза в неделю до начала уроков политинформация. Они не отличают индийцев от индейцев и Воркуту от Воронежа. От безнадежности я плюю на передовицы и политику партии и два раза в неделю по утрам пересказываю им статьи из журнала «Вокруг света». Мы обсуждаем футуристические прогнозы и возможность существования снежного человека, я рассказываю, что русские и славяне не одно и то же, что письменность была до Кирилла и Мефодия. И про запад. Западом здесь называют центральную часть Советского Союза. Эта страна еще есть. В ней еще соседствуют космические программы и заборы, подпертые кривыми бревнами. Страны скоро не станет. Не станет леспромхоза и работы. Останутся дома-развалюхи, в поселок придет нищета и безнадежность. Но пока мы не знаем, что так будет.

Я знаю, что им никогда отсюда не вырваться, и вру им о том, что, если они захотят, они изменят свою жизнь. Можно уехать на запад? Можно. Если очень захотеть. Да, у них ничего не получится, но невозможно смириться с тем, что рождение в неправильном месте, в неправильной семье перекрыло моим открытым, отзывчивым, заброшенным ученикам все дороги. На всю жизнь. Без малейшего шанса что-то изменить. Поэтому я вдохновенно им вру о том, что главное — захотеть изменить.

Весной они набиваются ко мне в гости: «Вы у всех дома были, а к себе не зовете, нечестно». Первым, за два часа до назначенного времени приходит Лешка, плод залетной любви мамаши с неизвестным отцом. У Лешки тонкое породистое восточное лицо с высокими скулами и крупными темными глазами. Лешка не вовремя. Я делаю безе. Сын ходит по квартире с пылесосом. Лешка путается под ногами и пристает с вопросами:

— Это что?

— Миксер.

— Зачем?

— Взбивать белок.

— Баловство, можно вилкой сбить. Пылесос-то зачем покупали?

— Пол пылесосить.

— Пустая трата, и веником можно, — он тычет пальцем в фен. — А это зачем?

— Лешка, это фен! Волосы сушить!

Обалдевший Лешка захлебывается возмущением:

— Чего их сушить-то?! Они что, сами не высохнут?!

— Лешка! А прическу сделать?! Чтобы красиво было!

— Баловство это, Светлана Юрьевна! С жиру вы беситесь, деньги тратите! Пододеяльников, вон — полный балкон настирали! Порошок переводите!

В доме Лешки, как и в доме Ивана, нет пододеяльников. Баловство это, постельное белье. А миксер мамке надо купить, руки у нее устают.

Иван не придет. Они будут жалеть, что Иван не пришел, слопают без него домашний торт и прихватят для него безе. Потом найдут еще тысячу и один притянутый за уши повод, чтобы в очередной раз завалиться в гости, кто по одному, кто компанией. Все, кроме Ивана. Он так и не придет. Они будут без моих просьб ходить в садик за сыном, и я буду спокойна — пока с ним деревенская шпана, ничего не случится, они — лучшая для него защита. Ни до, ни после я не видела такого градуса преданности и взаимности от учеников. Иногда сына приводит из садика Иван. У них молчаливая взаимная симпатия.

На носу выпускные экзамены, я хожу хвостом за англичанкой — уговариваю не оставлять Ивана на второй год. Затяжной конфликт и взаимная страстная ненависть не оставляют Ваньке шансов выпуститься из школы. Елена колет Ваньку пьющими родителями и брошенными при живых родителях братьями-сестрами. Иван ее люто ненавидит, хамит. Я уговорила всех предметников не оставлять Ваньку на второй год. Елена несгибаема, ее бесит волчонок-переросток, от которого пахнет затхлой квартирой. Уговорить Ваньку извиниться перед Еленой тоже не получается:

— Я перед этой сукой извиняться не буду! Пусть она про моих родителей не говорит, я ей тогда отвечать не буду!

— Вань, нельзя так говорить про учителя, — Иван молча поднимает на меня тяжелые глаза, я замолкаю и снова иду уговаривать Елену:

— Елена Сергеевна, его, конечно же, нужно оставлять на второй год, но английский он все равно не выучит, а вам придется его терпеть еще год. Он будет сидеть с теми, кто на три года моложе, и будет еще злее.

Перспектива терпеть Ваньку еще год оказывается решающим фактором, Елена обвиняет меня в зарабатывании дешевого авторитета у учеников и соглашается нарисовать Ваньке годовую тройку.

Мы принимаем у них экзамены по русскому языку. Всему классу выдали одинаковые ручки. После того как сданы сочинения, мы проверяем работы с двумя ручками в руках. Одна с синей пастой, другая с красной. Чтобы сочинение потянуло на тройку, нужно исправить чертову тучу ошибок, после этого можно браться за красную пасту. Один из парней умудрился протащить на экзамен перьевую ручку. Экзамен не сдан — мы не смогли найти в деревне чернил такого же цвета. Я рада, что это не Иван.

Им объявляют результаты экзамена. Они горды. Все говорили, что мы не сдадим русский, а мы сдали! Вы сдали. Молодцы! Я в вас верю. Я выполнила свое обещание — выдержала год. В сентябре мне дадут первый класс. Те из моих, кто пришел учиться в девятый, во время линейки отдадут мне все свои букеты.

Начало девяностых. Первое сентября. Я живу уже не в той стране, в которой родилась. Моей страны больше нет.

— Светлана Юрьевна, здравствуйте! — меня окликает ухоженный молодой мужчина. — Вы меня узнали?

Я лихорадочно перебираю в памяти, чей это отец, но не могу вспомнить его ребенка:

— Конечно узнала, — может быть, по ходу разговора отпустит память.

— А я вот сестренку привел. Помните, когда вы к нам приходили, она со мной на кровати сидела?

— Ванька! Это ты?!

— Я, Светлана Юрьевна! Вы меня не узнали, — в голосе обида и укор. Волчонок-переросток, как тебя узнать? Ты совсем другой.

— Я техникум закончил, работаю в Хабаровске, коплю на квартиру. Как куплю, заберу всех своих. Вы изменили наши жизни.

— Как?

— Вы много всего рассказывали. У вас были красивые платья. Девчонки всегда ждали, в каком платье вы придете. Нам хотелось жить как вы.

Как я. Когда они хотели жить как я, я жила в одном из трех домов убитого военного городка рядом с поселком леспромхоза. У меня был миксер, фен, пылесос, постельное белье и журналы «Вокруг света». Красивые платья я шила вечерами на подаренной бабушками на свадьбу машинке.

Ключом, открывающим наглухо закрытые двери, могут оказаться фен и красивые платья. Если очень захотеть".

Anatoliy Sapr

Новости

  • Акция "Слова тоже ранят"
    Автор

    Опубликовано Среда, 22 Сентябрь 2021 15:00 в Новости Прочитано 3 раз
  • Почему в школе дети болеют?
    Автор

    Вторая-третья неделя самая сложная для адаптации к чему бы то ни было. К учебному году тоже. Новизна впечатлений стирается. Мобилизация и подъем сменяются рутиной и пониманием, что это все надолго. Это ещё не усталость - но уже ожидание усталости, сложностей, неудач. В новых чистых тетрадках уже есть помарки. Первые оценки уже получены и они не всегда отличные. Просыпаться рано и делать уроки начинает надоедать. А до каникул ещё ооочень далеко.

    Говорят, у детских врачей даже есть такое выражение "болезнь третьей недели сентября". Дети все разом простужаются. Да и погода часто прохладная. Замечали такое?

    Помогают от такого состояния расслабление и удовольствие. Пусть на три минуты, но обязательно несколько раз в день должно быть что-то, что радует. Красивое, веселое, вкусное, интересное.

    Я помню, как в сентябре мне помогали проснуться утром осенние краски. Небо было невероятной синевы, а серебристые тополя становились ярко желтыми и это "золото на голубом" просто светилось.
    Спрашивайте у детей, что их сегодня порадовало, рассмешило, удивило или вдохновило. А "что получил" и " что задали" на этой неделе не спрашивайте:)

    Людмила Петрановская

    Опубликовано Вторник, 21 Сентябрь 2021 09:35 в Новости Прочитано 2 раз
  • Как мотивировать ребенка к учебе?
    Автор

    Многим знакома ситуация, когда у ребенка пропадает желание учиться, он становится менее внимательным, перестает прикладывать усилия. Успеваемость падает, родители тревожатся и пытаются найти подход к ребенку, однако ни «кнуты», ни «пряники» не помогают повысить мотивацию к учебе.

    Почему дети не хотят учиться? Даже педагоги со стажем не всегда готовы однозначно ответить на этот вопрос, но мы попробуем дать максимально простые и действенные способы для мотивации вашего ребёнка.

    Для начала нужно понимать, что именно влияет, на нежелание ребенка учится? Чтобы оправдать свою неуспеваемость, ребенок часто перекладывает ответственность на «плохого» учителя, сложность заданий, собственную забывчивость. Но эти оправдания – лишь следствие более глубоких проблем, и нам нужно понять, почему на самом деле возникает равнодушие, а иногда даже отвращение к процессу обучения. Причины, по которым дети не хотят учиться, разные, их довольно много.

    1. Ребёнок мал для школы.

    2. Конфликты с учителями.

    3. Конфликты с учениками.

    4. Физические дефекты.

    5. Внутрисемейные конфликты.

    6. Давление на ребенка со стороны родителей и родственников.

    Как мотивировать ребенка учится?

    Мотивация – это в широком смысле побуждение к действию. Это не цель, которой нам нужно достичь, а сам стимул что-то совершить для получения результата.

    Внешняя мотивация – это те поощрения и награды, которые мы получаем за совершение тех или иных действий. В случае учебы это хорошие оценки, иногда – дополнительные привилегии для учеников с высокими результатами. Кое-то время это может работать, но такой подход приводит к тому, что ребенок старается не ради самого процесса учебы, не ради знаний, которые он может приобрести, не из интереса к предмету, а только ради поощрения.

    Внутренняя мотивация, напротив, рождается из интереса, увлеченности, желания узнать как можно больше, а также из понимания того, зачем нужны школьные знания и как их применить в нынешней жизни и в будущем.

    Но все таки, что же именно можно сделать, что бы повысить мотивацию к учебе?

    1. Говорите по душам. Слушайте своего ребенка, узнавайте, чем он увлекается, разделяйте его интересы. Если вы знаете, что занимает и притягивает ваших детей, вы сможете помочь им раскрыться и развить свои таланты. Не навязывайте то, что считаете правильным и полезным – дайте ребенку попробовать разное и выбрать именно то, чем он на самом деле хочет заниматься.

    2. Вводите в обучение игровые элементы. Термин «геймификация»  – достаточно новый, но принцип обучения в игровой форме давно нам знаком. Ребенку гораздо проще сохранять интерес к процессу учебы, если в него вводятся элементы игры, пробуждающие азарт и креативность. Игра делает освоение даже непростого материала легче, снижает уровень стресса и нервозности, уступая место желанию добиться как можно большего и покорить новую вершину. Превратите учебу в интересный квест, который ваш ребенок обязательно захочет пройти.

    3. Поощряйте ребенка, не подкупая. Как уже было сказано, внешняя мотивация – вещь непростая. Бывает очень сложно оценить, где заканчивается поощрение, которое дает ребенку стимул прикладывать больше  усилий и добиваться как можно более хороших результатов, и начинается откровенная торговля за оценки, выученные уроки и пройденные темы в учебнике.

     

    4. Радуйтесь успехам и не ругайте за неудачи. Пятерка – это замечательно, но самое главное не оценка, а то, какие знания за ней стоят. . Объясните непонятное, похвалите, когда получается то, что раньше было сложно, и покажите, что одна неудача – это не полный крах, а только небольшое препятствие, которое вы поможете преодолеть.

    Опубликовано Понедельник, 20 Сентябрь 2021 17:00 в Новости Прочитано 3 раз
  • Как пережить неудачу и превратить ее в успех?
    Автор

    1. Понимать себя и свои чувства. Ребенка необходимо научить понимать себя и свои эмоции. Сначала помогите ребенку взять себя в руки. Дайте ему время погоревать и оплакать поражение, а потом поговорите о том, что он чувствует. Постарайтесь вместе найти причину, по которой он расстроен. Иногда такой анализ может принести неожиданные результаты. Например, вам может казаться, что вы совсем не давите на ребенка и не задаете ему планку, а для него ситуация будет прямо противоположной. Чем больше вы говорите, тем проще найти причину и устранить ее.

    2. Развивать позитивное мышление. Это не значит, что мы не должны обращать внимание на проигрыш. Просто надо понять, какие положительные стороны он имеет. Например, в случае проигрыша в настольной игре мы учимся использовать разные стратегии и искать способы обыграть остальных. А также понимать, что не все и не всегда зависит от нас самих — что-то определяется удачей и теми фишками, которые нам выпали.

    3. Находить возможности для роста. Проигрыш говорит о том, что мы недостаточно компетентны, чтобы добиться успеха. Но он так же означает, что у нас есть возможности для роста и совершенствования навыков. Проанализируйте неудачу и подумайте вместе с ребенком, что бы он мог сделать, чтобы в следующий раз добиться успеха.

    4. Учить брать ответственность. Когда ребенок маленький и с ним происходит какая-то неприятность, он перекладывает ответственность за эту ситуацию на внешние обстоятельства. Многие сохраняют эту привычку и во взрослом возрасте. Например, мы говорим, что в опоздании виноваты не мы, а пробки. Следом за нами дети говорят, что сосед или учитель виноваты в том, что они не записали задание на дом. Но в любой ситуации есть и наша вина. Попробуйте проанализировать: что именно вы сделали не так и почему получили именно такой результат? Возможно, сосед по парте и учитель здесь совершенно ни при чем.

    5. Выбирать достижимые результаты. Мы ставим планку и постоянно сравниваем ребенка с другими, чтобы прибавить ему мотивации. Но на самом деле эти способы не работают. Вместо того, чтобы мотивировать и поощрять ребенка становиться лучше, мы заставляем его участвовать в соревнованиях, из которых он не всегда может выйти победителем. Лучше ориентироваться не на других, а на собственные достижения. Во-первых, проиграть самому себе не так «стыдно». Во-вторых, когда мы ставим планку, опираясь на достижения и опыт конкретного ребенка, мы подбираем наиболее достижимые задачи. Например, если ребенок учится на тройки и четверки, мы не можем сразу сделать из него круглого отличника. Лучше подумать, как закончить четверть без троек, а потом уже думать про пятерки.

    6. Хвалить правильно. Очень часто мы считаем достижения детей чем-то само собой разумеющимся и не хвалим их за хорошую учебу или прекрасно выполненный проект. Но оценка — это результат его стараний. Не забывайте отмечать достижения и приложенные усилия своего чада.

    Не забывайте, что именно вы — пример и вдохновение для ребенка. Станьте для него положительным примером. И сын или дочь так же, как и вы, будут искать конструктив в любой ситуации.

    Опубликовано Понедельник, 30 Август 2021 13:44 в Новости Прочитано 17 раз
  • Что мы транслируем своим детям?
    Автор

    Очень часто родители подростков жалуются, что ребенка ничего не интересует, он ничего не хочет, у него интерес один — сидеть в телефоне или компьютере.


    Когда возникает подобная жалоба, первое, на что надо обратить внимание — на качество и образ жизни самих родителей. Что показывают ребенку родители, какой он видит их жизнь? Важно не то, что родители говорят или рассказывают о своей жизни, а то, что ребенок видит. Ключевой момент — то, что ребенок видит!
    На сколько вообще мы сами справляемся с жизнью? На сколько нам жить интересно? На сколько нам нравится наша работа? Сколько мы сами отводим времени на собственное обучение и развитие? Есть ли у нас хобби, увлечения, интересы?

    Если проанализировать, у увлеченных родителей, которые «горят», дети в подростковом возрасте не имеют проблем с мотивацией (бывает, но это другая история). Зачастую, если у родителей горят глаза и с жизнью они справляются, а проблемы воспринимают как задачи, которые нужно решить, то подростки воспринимают жизнь, как классное и интересное место, где есть что миру дать и что от него взять. Они понимают, что жить можно увлекательно, что есть место приключениям и радостям. С таким пониманием у ребенка рождается внутренняя мотивация выходить в мир.

    Если родители своим поведением транслируют уныние  (все плохо, экономика гиблая, в стране упадок, работа так себе, родственники жуткие), то ребенок понимает, что жизнь состоит только из проблем, нагрузок и перегрузок, что тут нет ничего хорошего, позитивного и лучше туда не ходить. В этом моменте подросток находит единственный и естественный выход — в виртуальную реальность. Там он прячется от страшной и тоскливой жизни, где есть только обязанности и нет никаких прав.

    Опубликовано Понедельник, 23 Август 2021 13:59 в Новости Прочитано 18 раз

 

 

Телефон доверияУполномоченный по правам ребенка
в Тамбовской области 

(4752) 72-65-44
Отдел охраны прав детства управления образования и науки области 

(4752) 79-23-30 

Отдел демографической и семейной политики управления социальной защиты и семейной политики области

(4752) 79-16-52